Не все так однозначно…

Я публикую этот отрывок из книги Кевина Тодесчи "Эдгар Кейс и Хроники Акаши" в продолжение обдумывания вопроса так ли однозначно "ТВОЙ МУЖЧИНА по прошлым жизням" является твоим в этой жизни….

дочитайте до конца, хотя объем для блога великоват, конечно:)

Но для тех, кому вопрос в тему смогут дочитать до конца:)))

 

 

И вновь из груди призрака исторгся вопль, и он  опять загремел цепями, и стал ломать свои бестелесные  руки.

               — Ты в цепях?- пролепетал Скрудж, дрожа.- Скажи  мне, почему?

               — Я ношу цепь, которую сам сковал себе при жизни,  — отвечал призрак.- Я ковал ее звено за звеном и ярд за  ярдом. Я опоясался ею по доброй воле и по доброй воле  ее ношу…

               Диалог между Эбенейзером Скруджем    и призраком Якоба Марли.

               "Рождественская песнь" Чарльза Диккенса

             

В карме нет предопределенности — индивид продолжает контролировать свою жизнь (и ее осознание) благодаря тому, каким образом он решает реагировать на ситуации, в которые он сам себя вовлекает. В конечном счете все переживания необходимы для развития личности.

             Не подлежит сомнению то, что развитие души может происходить даже тогда, когда ею принимается "неверное" решение. Например, в одном случае, который мы обсудим более подробно в следующей главе, некая женщина (1523), безусловно, приняла неверное решение, вступив в брак со своим прежним мужем. Однако это решение позволило ей и ее мужу изжить стереотипы, созданные ими сотню лет назад. Хотя в любом случае им пришлось бы иметь дело с памятью (кармой) прошлых жизней, этот процесс мог бы оказаться боле сложным. Любопытно отметить, что чтения часто предполагают то, что часто лучше принимать "ошибочные" решения, чем оставаться безучастным свидетелем событий, так как духовное развитие возможно лишь благодаря движению, росту, деятельности.

             В космологии Кейса все богатство опыта, накопленного в прошлых жизнях, хранится в подсознательной памяти человека. Активизируя эту память, манифестирующую себя в таких вещах, как желания, чувства, вкусы и страхи, личность может преодолеть свои недостатки и пороки и развить способности и таланты.

             Говоря о личных взаимоотношениях, Эдгар Кейс утверждал, что случайных встреч не бывает и что мы никогда не устанавливаем эмоциональных связей (какпозитив-ных, так и негативных) с другими людьми с первого раза.

             Взаимоотношения — это про должительньш процесс познания и обретения опыта. Иными словами, мы каждый раз вступаем в тот этап взаимоотношений с другим человеком, на котором они прервались в прошлый раз.

             Примером могут служить два человека (случаи 288 и 294), которым Эдгар Кейс сказал, что "эти двое всегда были вместе" (294-9) и прошли сквозь всевозможные взаимоотношения от отца и дочери до начальника и подчиненного, от матери и сына до мужа и жены. В ином случае (1222-1) Эдгар Кейс сказал женщине, что ее муж предъявляет к ней столь высокие требования и пытается во всем контролировать ее поведение по той причине, что в одной из прошлых жизней купил ее. "Он купил вас! — заявил Кейс. — Не ведет ли он себя с вами так и сейчас?" На что женщина ответила: "Безусловно, он так и делает!" Сама природа и постоянное развитие всех взаимоотношений является составной частью Хроник Акаши.

 

 

Одним из наиболее интересных случаев в файлах Кейса была история двадцатидевятилетней женщины, получившей первое чтение в январе 1938 года.

            Этот случай выделяется среди сотен других тем, что на протяжении последующих шести с половиной лет (до смерти Кейса в 1945 году) эта женщина добилась проведения восьмидесяти трех чтений для семнадцати членов своей семьи. Эти чтения позволили ей установить связь между некоторыми ее современными проблемами и происшествиями столетней давности — всем тем, что произошло задолго до ее рождения! Более того, она обнаружила, что судьбы многих ее близких родственников были "переплетены" на протяжении тысячелетий. Эти события продолжали записываться в Хрониках Акаши, придавая импульс многим переживаниям женщины.

             

                2

                История случая — семья Анны Кемпбелл   (Имя героини случая 1523 и членов ее семьи   изменены в интересах конфиденциальности.)

 

             В 1938 году двадцатидевятилетняя женщина пришла к Эдгapy Кейсу, чтобы получить чтение (случай 1523). Она была в отчаянии и возлагала на Кейса свои последние надежды. Она была истощена как физически, так и психически.

            Ее бракне принес ей счастья, и женщина не знала, что делать дальше. Она никак не могла решить — разводиться ли со вторым мужем или оставаться с ним. Несмотря на то что она была несчастна в замужестве, молодая дама отчасти боялась расторгать узы брака, надеясь осуществить свою мечту о семье.

             К Кейсу же ее привели не мысли о предстоящем разводе, а физическое самочувствие. Она опасалась, что ее состояние требует хирургического вмешательства, а это может привести к бесплодию. Внематочная беременность во время ее первого замужества привела к тому, что ей удалили фаллопиеву трубу с одной стороны. Сейчас же она вновь стала чувствовать подобные физические симптомы и потому опасалась, что новая трубная беременность не даст ей возможности иметь детей. Больше всего на свете ей хотелось иметь собственного ребенка. Другие члены ее семьи прежде всего интересовались карьерой. Ее сестра готовилась к получению ученой степени. Но Анна была иной.

            Сколько она себя помнила, ее мечтой было "родить шестерых детей и состариться рядом с ними". Она надеялась, что чтение поможет ей избежать второй операции.

             Во время первого чтения история жизни Анны Кемпбелл не была известна Кейсу, однако нам не помешает иметь общее представление о ее биографии, чтобы лучше понимать ситуацию, в которой находилась эта женщина.

             Она родилась в начале века в маленьком городке. Этот городок был таким маленьким, что через полвека его присоединили к другой административной единице и он просто исчез с карты. Ее родители были фермерами, хотя мать, происходившая из штата Кентукки, принадлежала к гораздо более образованному и утонченному классу, чем отец. Это почти все время беспокоило ее отца. Он был одним из последних колонистов и чувствовал глубокую связь с землей, понимая, что она может дать его семье.

             Анна росла вместе с остальными пятью братьями и сестрами и хорошо ладила со всеми, за исключением своей старшей сестры. Сколько она могла помнить, между ними всегда существовали антагонизм, ревность и недоверие. И хотя семья вела весьма организованную жизнь, строго распределяя время между выполнением работы по дому и занятиями, мать настолько устала выносить постоянные ссоры, возникающие между Анной и ее сестрой, Верой, что наконец перестала вмешиваться в их отношения. Пусть Анна и Вера сами решают, кто прав, а кто виноват. И те это решали!

             И хотя семейные раздоры — вещь достаточно распространенная, антагонизм между двумя сестрами казался необычайно интенсивным. Интересно то, что Анна заметила подобную враждебность между двумя другими членами семьи: третий сын, Уоррен (появившийся на свет сразу же после Анны), и отец никогда не могли найти общий язык. Казалось, отец всегда был готов "задать порку" Уоррену за то, что легко сходило с рук всем остальным детям, объясняя это тем, что должен приучить сына к "порядку". И каждый раз Анна (как и ее мать) спешила прийти на помощь брату, прежде чем отец успевал "спустить с него семь шкур".

             Мать же, казалось, хорошо ладила со всеми. Эту женщину Анна называла "ангелом". И хотя во многом их мнения расходились, Анна и мать были очень близки. Несмотря на нежность, терпимость и сострадательность, присущие этой женщине, одна черта, вроде бы, совершенно не согласовалась с остальным ее характером — мать Анны ненавидела католиков. Она даже как-то сказала, что лучше ей увидеть своего ребенка в гробу, чем в браке с католиком.

            И все же один из сыновей предоставил ей возможность изменить свое мнение.

             В этой деревенской обстановке Анна всегда находила, чем занять себя.

            Утюжка белья, прополка огорода, зубрежка уроков и уборка дома почти не оставляли ей свободного времени. Анну не покидало чувство, что она не успевает сделать все то, что должна. Все члены семьи должны были тяжело работать, чтобы суметь прокормиться на своей земле. Отец занимался строительством домов, а также сдавал в наем часть недвижимости, которой владел, лишь бы свести концы с концами.

             В довершение всех бед, Анна никак не могла избежать присутствия Веры — сестры делили одну комнату. В те редкие дни, когда у сестер было свободное время и их навещали друзья и родственники, Вера пыталась сделать все возможное, чтобы переманить тех в другую комнату, соблазняя новыми играми, в которые они смогут там играть "но только без Анны". Время шло, и старшая сестра начинала проявлять настоящую одержимость каждый раз, когда ее навещали молодые люди. Она боялась, как бы те не обратили хоть какое-то внимание на Анну. Вера завидовала даже тому, как Анна выглядит и ведет себя, хотя та была убеждена, что именно старшая сестра умела преподносить себя в выгодном свете. Вера была уверена, что Анна всю жизнь пользовалась поблажками со стороны родителей, хотя Анна утверждала, что у нее не было никаких преимуществ перед сестрой.

             Несмотря на вечное присутствие сестры, детство Анны было относительно счастливым. У нее были братья — два старших (Мишель и Карл) и два младших (Уоррен и Эверетт), с которыми она весело проводила время, как только ей удавалось освободиться от обязанностей по дому. Когда же она оставалась в одиночестве, то предавалась мечтам о том, что станет матерью, когда вырастет. Однако ее счастью скоро пришел конец — ей пришлось посещать школу.

            Анна довольно скоро поняла, что одноклассницы не любят ее.

             Одни считали ее "сорванцом", другие "кокеткой", хотя ни одно из определений не было точным. Однако такое отношение задевало Анну. "Ну и что,- думала она,- ведь они мне тоже не нравятся!" С мальчиками она чувствовала себя гораздо лучше — ведь она привыкла находиться в кругу братьев. Но общаться с учениками другого пола считалось чем-то неприличным, и Анна замкнулась в себе.

             Хотя это было непривычно для девочки начала века, но Анна начала самостоятельно заниматься музыкой и баскетболом. Со временем она все больше отдалялась от остальных и постоянно мечтала о будущем замужестве и о детях. Наконец, в восьмом классе, в ее жизни произошла крутая перемена. Все еще оставаясь замкнутой девочкой, Анна вступила в баскетбольную команду. И все же большую часть времени она проводила в меланхолических мечтаниях о человеке, который никогда не существовал, о человеке, с которым она проведет всю свою оставшуюся жизнь.

             Но вот это произошло. Он появился словно ниоткуда. Его звали Роберт.

            Хотя он был несколькими годами старше ее (и, безусловно, не подозревал о ее существовании), Анна знала, что это ТОТ, ЕДИНСТВЕННЫЙ. Анна толком никогда не могла сказать, почему она решила, что Роберт должен стать ее мужем. Это "знание" и было одним из серии тех необычных переживаний, которые сыграли особую роль в жизни Анны.

             Первый случай произошел в городском доме ее тетки. Она была там и прежде несколько раз. Как-то она смотрела через окно дома, за которым раскинулась болотистая местность, поросшая травой и деревьями. Однако этот, казалось бы, мирный пейзаж вдруг начал внушать Анне страх, словно где-то в глубине души девочки давно таился скрытый ужас. Она просто похолодела и стала дрожать, и вдруг услышала свой собственный шепот: "Я должна поскорее выбраться отсюда… я должна поскорее выбраться отсюда!" Страх ушел столь же быстро, как и появился… остался лишь пейзаж за окном. Она пребывала в доме своей тетки — здоровая и невредимая, но этот случай вспомнился ей двадцатью годами позже, в доме Эдгара Кейса, когда Анна узнала об аналогичной записи, содержащейся в Хрониках Акаши.

             Случай с Робертом чем-то напоминал это переживание. Она находилась во дворе школы, где резвились десятки детей. Вдруг она отвлеклась от своего занятия и поглядела на группку учеников старших классов, стоящих невдалеке. И тут среда мельтешащих детей и прыгающих мячей она увидела ЕГО. То, что произошло позже, осталось в ее памяти на всю жизнь.

             Внезапно шум начал стихать. Все дети, находящиеся во дворе школы, исчезли из виду" и она осталась наедине с мальчиком, которого даже не знала.

            Ничто не нарушало воцарившуюся тишину. Вокруг стало пусто. Во всем мире были лишь двое. От изумления Анна вдохнула всей грудью, и в следующий момент все возвратились на свои места. С этого дня ее мечта о муже приобрела конкретные очертания. Перед ее взором неизменно стояло лицо Роберта… но сам герой узнал о существовании Анны совсем не скоро.

             Наконец Анна почувствовала себя более уверенно с другими одноклассниками. Однако почти все ее новые друзья были мальчишками, что плохо сказывалось на ее репутации. Завистницы стали интриговать, распуская лживые слухи, и к концу восьмого класса репутация Анны погибла.

             Однажды вечером, когда родители Анны думали, что дочь находится на вечеринке у соседей, та со своими друзьями отправилась на прогулку в машине. Приключение носило совершенно невинный характер. Все Аннины друзья были со "своими" девочками, Анна же просто сопровождала их, мечтая только о Роберте. Вначале поездка проходила нормально, но, когда они отъехали на несколько миль от дома, машина сломалась. Почти все участники поездки возвратились домой на попутках. Возле поломанной машины остались лишь трое — Анна и двое юношей. Все они жили недалеко друг от друга. Они прождали на дороге несколько часов, прежде чем им удалось поймать машину, на которой их подбросили к дому.

             Отец Анны отправился на вечеринку в поисках дочери. Там он услышал дикие рассказы о том, что Анна организовала прогулку на машине с "кучей парней". Несколько часов ожидания позволили разгореться его худшим опасениям. Когда же троица подкатила к его дому по грязной дороге, он поджидал их… с винтовкой в руке. Не желая выслушивать объяснений, он пригрозил убить ребят, если те когда-либо приблизятся к Анне. Его дочь тщетно пыталась объяснить, что произошло с ними, но разгневанный отец не услышал и слова из ее рассказа. В страхе за собственную жизнь оба парня стремглав бросились из дома, Анне же "закатили скандал" и отправили ее в постель. К несчастью для Анны, история разнеслась по городку как пожар. Но это была вовсе не история о прогулке на автомобиле, о том, как двое мальчиков и девочка ловили весь вечер попутную машину, и даже не история о том, как их встретил на пороге отец Анны с ружьем. Это были досужие россказни о том, чем занимались всю ночь молодая девица и двое парней.

             Целую неделю, куда бы она ни пошла, Анна слышала за собой шепот и ловила многозначительные взгляды людей. Долгое время у нее и так уже была сомнительная репутация, но сейчас сомнений уже ни у кого не оставалось.

            Она была объявлена "потерянной женщиной". Этот случай заставил Анну полностью уединиться и предаваться мечтам о Роберте. Ее школьная успеваемость быстро понизилась, появились признаки настоящей депрессии, и она сильно изменилась.

             Мать и отец Анны были встревожены. Им стало известно прозвище, которое Анна получила в обществе. Их также беспокоило увлечение Анны Робертом, так как молодой человек считался "погибелью для женщин". С их точки зрения, он совершенно не подходил для их дочери — выходец из подозрительной семьи, живущей в самой ужасной части города. Они опасались, что пышные формы Анны, ее испорченная репутация и явная влюбленность в Роберта заставят последнего обратить на их дочь внимание. Не видя иного выхода из сложившейся ситуации, они отослали Анну на год в другую школу — в Кентукки, куда отправился и ее старший брат Мишель в качестве учителя.

             Расстроенная до глубины души, Анна покорно исполнила желание своих родителей. Но и в Кентукки Анне было не слаще.

             Вскоре она обнаружила ту же ненависть со стороны девочек и недоверие к ее отношениям с мальчиками. В довершение всех бед новые учителя решили во что бы то ни стало перевоспитать своенравную девушку, чем сделали ее еще более несчастной. Вскоре Анна испытала все те ужасы, что и дома, но здесь это было еще хуже, так как Роберта не было поблизости. Психическое состояние Анны все ухудшалось, и ее учитель, усматривая в этом непокорство, безжалостно донимал девушку. Попытка "перевоспитания" завершилась провалом, и в середине зимы Анна была исключена из школы.

             Для Анны возвращение домой после исключения было бы настоящей бедой, так как это только укрепило бы ее репутацию испорченной женщины в глазах общественности. Родители Анны уговорили дочь оставаться на время в Кентукки — жить то у одного родственника, то у другого до окончания учебного года. Никто не узнает об этом новом позоре. Ей лучше не показываться в родном городке до окончания срока обучения.

             Оставшаяся часть года тянулась медленно, но вот пришло время возвращаться в родной дом. После возвращения жизнь так и не вернулась в нормальное русло. В возрасте семнадцати лет Анна бежала из родительского дома вместе с Робертом. Это был просто еще один драматический эпизод в ее жизни.

             С самого начала Анна почувствовала себя неуютно в чужой семье. Она поняла, что родители были правы, — их семьи принадлежали к двум разным мирам. Она решила лишь сделать все от нее зависящее, чтобы выпутаться из трудной ситуации. Больше всего на свете она хотела ребенка и готова была пойти на все, лишь бы замужество состоялось.

             Роберт же отнесся к ситуации совершенно иначе. После свадьбы он почувствовал себя пупом вселенной. В довершение ко всему друзья Роберта разделяли восторги молодого человека по поводу его собственной персоны. Казалось, он бью всегда окружен свитой приспешников, готовых выполнять любое его желание. Он вел себя так, словно весь мир обязан ему за то, что он просто в нем существует. Все чаще и чаще Анна чувствовала себя посторонней в этом все расширяющемся круге Робертовых друзей. Однако каждый раз, чувствуя, что Анна готова впасть в отчаяние, Роберт уделял ей необходимую долю внимания.

             Время шло, и молодая женщина испытывала все большее недовольство Робертом и его родными. Кроме того, трубная беременность принесла ей много страданий, как духовных, так и физических. Вскоре чаша ее терпения переполнилась — стало известно, что Роберт встречается с другой! Правда выяснилась очень скоро, ведь ее муж даже не пытался скрыть ее. Анна пережила позор. Она была разбита окончательно и бесповоротно. Анна чувствовала, что ее привязанность к Роберту остается столь же сильной, а он не желает ничего для нее сделать. Всю свою жизнь она мечтала стать женой и матерью. Разрушенный брак стал разрушать и ее.

             Ненадолго возвратившись к родителям, Анна поняла, что должна подыскать себе иное место для жизни. Влияние Роберта на нее было невероятным.

            Несмотря на все, что тот сделал, Анна не могла не думать о нем. Ее разум помутился настолько, что вскоре она отправилась в Нью-Йорк, чтобы жить там вместе с Верой! Там сестры пришли к соглашению: Анна заплатит по всем счетам и расплатится за снятую квартиру. Вера же о кончит школу, а затем, как только это станет возможно, возместит половину затрат. Чтобы снизить расходы, сестры решили делить квартиру с еще одной девушкой.

             Хотя Анна некоторое время пыталась подыскать себе работу певицы — у нее был красивый голос — все ее попытки увенчались тем, что она стала официанткой. Каждый вечер она приносила домой чаевые и складывала их в коробку, но вскоре обнаружила, что деньги стали постепенно исчезать. Желая убедиться в том, что это не является игрой ее воображения, Анна начала записывать расход и приход и вскоре поймала воровку, которой оказалась ее родная сестра, а не третья соседка!

             Но вскоре инцидент был забыт. Позже, когда сестры снимали квартиру вдвоем в другой части города, а Вера устроилась работать в другом ресторане, они договорились делить все свои доходы поровну. Каждый раз Вера приносила в "общую кассу" от силы пять долларов. Она уверяла сестру, что даже в "самый урожайный день" она не получает более пяти долларов чаевых. Но как-то Анне пришлось подменять сестру, когда та заболела. Она была поражена — даже самый плохой день приносил ей восемнадцать долларов дополнительной выручки. Оказалось, что Вера постоянно прикарманивала общие деньги. Но та даже не считала, что в чем-то была не права — совесть ее не мучила.

             Наконец Анна нашла мужчину, за которого решила выйти замуж. Она не была увлечена им и не любила его — это место в ее сердце до сих пор принадлежало Роберту. Но она хотела создать семью, и ей казалось, что жизнь проходит. К тому же она действительно была для него желанной.

             Вера не могла долго находиться в одной комнате с Анной и ее женихом, Аланом. Хотя Алан, казалось, ей нравился, а с Анной она последнее время ладила. Вера отказывалась быть при них "третьей лишней". Ситуация не исправилась и после того, как Анна и Алан поженились. Вера поддерживала Алана во всех его решениях, а в своей сестре неизменно выискивала недостатки.

             Алан не смог найти работы в Нью-Йорке, потому Анна возвратилась домой вместе с ним, где ее отец стал подыскивать ему место. Страсть Анны к Роберту не остыла, потому она была благодарна судьбе за то, что тот оказался далеко и их пути не пересекались. Какое-то время молодая женщина считала, что ее жизнь изменится к лучшему, но вскоре выяснилось, что она обманулась в своих ожиданиях.

             Их совместная жизнь становилась невыносимой. Она не любила своего мужа и часто сожалела о том, что вступила с ним в брак. В самые несчастные моменты своей жизни Анна мечтала о том, что Роберт возвратится и заберет ее с собой. Сколь несчастна Анна ни была со своим первым мужем, она никак не могла забыть о нем. Она продолжала оставаться с Аланом лишь в надежде иметь детей. Ей было уже под тридцать, а детей все не было.

             Однажды она, к ужасу своему, почувствовала, что ее физические симптомы указывают на трубную беременность. Анна пришла в отчаяние. Она была несчастлива с Аланом и безнадежно привязана к Роберту. Друзья неоднократно советовали ей обратиться к Кейсу. Прежде чем решиться на этот визит, Анна бросилась в слезах на пол, желая умереть. В конце января 1938 года, когда Анна думала, что все кончено, в ее жизни произошла драматическая перемена.

             Желая самостоятельно удостовериться в ясновидении Эдгара Кейса, Анна не стала посвящать его в детали своей жизни, она также скрыла от него то, что перенесла операцию. Она просто пришла и заявила, что ей нужно получить чтение. Несмотря на отчаяние, которое испытывала Анна, она относилась к подобным вещам довольно скептически и пришла к Кейсу лишь по настоянию друзей.

             Однако ее сомнения сразу же рассеялись, когда Эдгар Кейс во время чтения, "как бы сквозь сон", произнес фразу: "…нарушение деятельности органов таза, и сейчас существует внематочная беременность, которая случилась в трубе, в левой… единственной…" Тон, которым было произнесено все это и точность чтения, убедили Анну следовать всем советам Кейса. Изменив диету, пройдя курс лечения и приняв серию массажей, она ощутила улучшение состояния уже через две недели, а через два месяца была полностью здоровой. Необходимость в операции отпала.

             В апреле того же года она получила первое чтение о своей жизни, и эта информация изменила отношение женщины к самой себе, к своим испытаниям и своей семье. Эдгар Кейс начал это чтение такими словами: "Да, у нас здесь имеются записи о сущности, которая сейчас известна под именем [Анна Кемпбелл]" (1523-4). И хотя никогда прежде Анна не думала о том, что существуют прежние жизни, информация, полученная при чтении, навсегда изменила ее мировоззрение и казалась ей не менее реальной, чем ее нынешнее существование. Позже Анна сказала Кейсу: "Общение с Вами и Вашей семьей имеет для меня большее значение, чем все остальное, когда-либо происходившее в моей жизни…" Дело в том, что ее прошлое было связано с настоящим совершенно невероятным образом. Истории, возникающие из Хроник Акаши, содержали в себе поразительные созвучия с проблемами сегодняшнего дня.

             Сто лет назад она родилась в семье поселенцев. Ее родители прикладывали все силы, чтобы прокормиться с собсгвенной земли. Похоже, что в то время Анна заботилась лишь о себе, не интересуясь образом жизни, который вели ее родители в девятнадцатом веке. Вот что было сказано об Анниной мотивации во время чтения: "Что она желала, то получала, что она хотела, то брала!" Вот интересная предыстория ее нынешней жизни: когда Анне было семнадцать лет, какой-то бродяга уговорил ее бежать с ним из дома в качестве его "спутницы". Она согласилась без колебаний, и пара бежала на Запад, в место, которое тогда называлось "Форт Диарборн", рядом с современным Чикаго.

             Вскоре она подружилась с женщиной, у которой была собственная таверна. Эта женщина оказывала большую помощь девушкам, работавшим в ее заведении, помогая им найти верную дорогу, когда жизнь казалась потерянной. Она видела в своих подопечных временных спутниц одиноких мужчин и понимала, что тем нужно время, чтобы переосмыслить свою жизнь. Анна же видела в этом способ добиться того, чего хотела. Несмотря на различие взглядов, мадам стала лучшей ее подругой и советчицей, а также матерью через сто лет. Анна по собственному желанию согласилась выступать в таверне с номерами и удовлетворять все желания посетителей заведения. Вскоре у Анны появился ребенок, которого готовы были усыновить многие ее клиенты, но женщина решила не оставлять своей работы в качестве певички, официантки и "ночной бабочки".

             В тот период только один человек — комендант форта — создавал серьезные проблемы в жизни Анны. Вообразив себя слугою Божьим, он пришел в ужас от тех "безобразий", которые творились в таверне. Свою же жизнь он находил абсолютно безукоризненной. Он часто выступал с осуждением нравов, царивших в таверне, призывая к порядку ее посетителей и даже саму содержательницу.

            Это приводило к частым конфликтам (и даже потасовкам) между Анниными клиентами и комендантом.

             Святоше часто приходилось не сладко. Анна не была особо удивлена, обнаружив, что ее дружок-бродяга возродился в образе ее брата, Уоррена, а комендант впоследствии стал ее родным отцом.

             Наконец той Анне, которая жила в девятнадцатом веке, прискучили отношения с бродягой, и она сошлась с поселенцем по имени Джон Бейнбридж.

            Жизнь протекала довольно однообразно, пока на форт не напали индейцы и Анна вынуждена была бежать вместе с Бейнбриджем и остальными. Во время атаки и бегства Анна совершенно забыла о своем ребенке. И хотя затем могла попытаться найти его, она так ничего и не предприняла. Все это приняло интересный оборот в следующем веке, когда единственной мыслью Анны было родить ребенка, но она оставалась бесплодной.

             Индейцы, преследуя группу беглецов, окружили их и загнали на мелководье. Анна очень испугалась и все время повторяла про себя: "Я должна поскорее выбраться отсюда… я должна поскорее выбраться отсюда!" Эту же фразу она повторяла в доме своей тегки, когда пейзаж за окном пробудил в ней воспоминание из прошлой жизни и она вновь пережила страх бегства от индейцев.

             И все же Анне удалось благополучно скрыться — Бейнбридж погиб, спасая ее. Наконец она оказалась в Вирд-жинии — "на своей нынешней родине". Оказавшись в Вирджинии, Анна стала новым человеком. Возможно, причиной тому были события ее предыдущей жизни, возможно, желание начать все заново, но об Анне разнеслась слава как об "ангеле", готовом прийти на помощь по первому зову. Она ухаживала за больными, вела беседы с теми, кто сбился с пути, и помогала бедным. Люди полюбили ее и очень уважали за доброту — никто из них не догадывался о карьере, которую Анна сделала в таверне.

             Как-то раз ей удалось утешить одного фермера, который страдал от постоянного невнимания со стороны жены. Закончилось это тем, что мужчина влюбился в Анну и бросил свою супругу. Анна согласилась сойтись с ним не столько потому, что любила его, сколько из сострадания к его любви. К этому времени она научилась думать о других, а не только о себе. Хотя жена этого человека совершенно не интересовалась им (как, впрочем, не интересовалась и другими мужчинами), она тут же прониклась ненавистью к Анне за то, что Анна украла нечто "принадлежащее ей". Через сотню лет женщина, от которой ушел муж, станет сестрой Анны, Верой, а этот человек станет вторым (нелюбимым) мужем Анны, Аланом.

             Хотя жизнь Анны в девятнадцатом веке не была особо продолжительной (женщина умерла в возрасте сорока восьми лет), она была насыщена событиями и заключала в себе много уроков. Все это непосредственно отразилось на ее следующей жизни, начавшейся в двадцатом веке, в маленьком городке, в семье поселенцев.

             Опыт, обретенный в Диарборне, сыграл основную роль в нынешней жизни Анны, однако Эдгар Кейс прочел информацию и о других жизнях Анны. Он рассказал ей о двух иных воплощенияхво Франции и Лаодисее (части Римской империи) — оказавших огромное влияние на настоящее. Всего было насчитано шесть жизней, наложивших отпечатокна последнее воплощение Анны: форт Диарборн, Франция, Лаодисея, Израиль, Египет и Атлантида. Именно во Франции впервые возникла та ситуация, которая впоследствии определила отношения Анны и Роберта. Там они были любовниками. Роберт принадлежал к знати, был католиком и потому не мог получить развода. В силу обстоятельств Анна стала его любовницей. Им приходилось встречаться нечасто, и женщина всю жизнь мечтала быть только с ним.

             К сожалению, это единственное желание ее любовник не разделял. Принадлежа к аристократии, он любил роскошь, утонченность и признание, на которые мог претендовать благодаря своему общественному положению. Ему нравилось то, что все взгляды устремлялись в его сторону, как только он входил в комнату. Он наслаждался тем, что его всегда сопровождала свита, внимающая каждому его слову. Ему льстило обожание женщин, готовых отдать все самое дорогое, лишь бы стать частью его мира.

             Все эти вещи преследовали Роберта на протяжении двух столетий, что привело к возникновению совершенно необычной ситуации в двадцатом веке, учитывая его современный социальный статус и недостаток образования.

             Благодаря чтению стало ясно, что увлечение Анны Робертом объяснялось ее беспрерывным желанием установить с ним прочные взаимоотношения. И хотя были основания полагать, что этого ей вряд ли удастся добиться, желание было очень трудно преодолеть.

             При чтении Анне было сообщено, что в ее жизни настанет период гармонии, "и этот период будет продолжаться до сорокового-сорок первого года, после чего ВНОВЬ начнутся беспокойства".

             Дальнейшее чтение предлагало ей попытаться наладить отношения с нынешним мужем, Аланом, при этом говорилось, что, если их совместная жизнь войдет в нормальное русло, возможно появление ребенка. Но даже если не думать о детях, существовал ряд причин, по которым Анне следовало оставаться со своим вторым мужем.

             Чтения дали Анне глубокое понимание своего положения, но она редко обсуждала полученную информацию с кем-либо, в том числе и с членами своей семьи.

             В тридцатые-сороковые годы прошлые жизни не принадлежали к числу тех тем, которые часто обсуждали за столом. В ряде случаев родственники Анны приходили к Эдгару Кейсу за помощью и получали ее. Благодаря чтениям Вере удалось исцелиться от туберкулеза (но она отказалась от прочтения всей своей жизни), а первенец Мишеля был спасен от болезни, грозившей смертью.

            Но и после этого лишь немногие открыто заинтересовались особенностями перевоплощений, и почти никто не хотел знать о том, что происходит в доме Эдгара Кейса. Для Анны же информация была совершенно реальной и позволяла ей складывать по кусочкам историю жизней близких людей. Например, вот что она узнала о своих родителях:   Кроме того, что ее отец был комендантом форта в Диарборне, в одной  из своих жизней он занимался сбором налогов в Риме и инспекцией военных  гарнизонов. Во время этого воплощения он и приобрел суровость, которая  не покинула его и через 1900 лет, когда он стал отцом шестерых детей.

             Анна всегда замечала за отцом одну черту характера, казалось бы не соче тавшуюся с его обликом — он всегда умел подбирать одежду. Она всегда по ражалась, какие прекрасные платья и пальто он привозил из города для  нее, матери и сестры. Согласно Хроникам Акаши, он был купцом в Древней  Персии и занимался продажей дорогих тканей. В Египте он прославился сво им искусством возводить дома, чем и продолжил заниматься в Вирджинии. Он  был связан с остальными членами семьи уже долгое время — знал свою жену  в Диарборне, Палестине и Египте, а также знал Анну в Диарборне, Палести не и Персии. При всей его суровости и пристрастности, он был настоящим  лидером и талантливым мастеровым, как свидетельствовали Хроники Акаши.

             Ему был дан совет начать самому практиковать духовную жизнь, которую он  так часто проповедовал.

              Мать Анны ассоциировалась с доброй мадам, содержавшей таверну в  Диарборне. Но ее способность сказать нужное слово в нужное время и под готовить человека к новой жизни (так и не проявившаяся во время жизни в  Диарборне) была воспитана в Древнем Египте. Безусловно, там ее обязан ность как учителя состояла в том, чтобы воспитывать других учителей или  посланцев в чужие страны. Любопытно отметить, что она, прежде чем выйти  замуж за отца Анны, работала учительницей и в этой жизни. Одна из самых  ярких ее жизней прошла в Палестине. Там она была матерью нескольких сво их детей из этой жизни. В тот период она получила исцеление от самого  Иисуса! Именно тогда в ней зародилась ненависть к католицизму. Она при надлежала к семейству апостола Петра и лично знала апостола Павла. Жен щина стала свидетелем того, как весть, которую Сын Божий нес человечест ву, была почти утрачена при первых церковных спорах, которые начали вес ти эти два человека. Боль, которой насчитывалось почти две тысячи лет,  все еще чувствовалась в ее сердце. Чтение также свидетельствовало ее це литель-ские и садоводческие таланты. Она действительно стала заниматься  выращиванием цветов в 1941 году, когда все ее дети встали на ноги.

             Деятельность в борделе не оставила существенного кармического отпечатка ни на жизни Анны, ни на жизни ее матери. Очевидно, карма Анны была создана не самой проституцией, а причинами, лежащими за ней. Карьера же танцовщицы заставляла Анну считать, что она может добиться всего, чего пожелает. Мать же видела свое призвание в том, чтобы помогать людям. Вот почему через сто лет мать вновь обрела способность помогать другим, в то время как сама Анна была заклеймена как "падшая женщина". С точки зрения Эдгара Кейса, в Хрониках Акаши более глубокий след оставлял не сам поступок, а намерение (истинная цель), которое за ним стояло.

             Анна изо всех сил старалась наладить свои отношения с Аланом, не забывая, однако, о зловещих "сорока и сорока одном", заключенных в чтении.

            Чтобы лучше подготовиться к грядущему, она организовала еще одно чтение, во время которого задала вопрос: "…пожалуйста, объясните, к чему это относится… и как мне следует подготовиться, чтобы наилучшим образом встретить то, что ожидает меня?" Ответ, который получила Анна, звучал так: "Чтобы предоставить нас тому, что должно быть, не нужно оставаться с сущностью, применив свою СОБСТВЕННУЮ волю, принимая свое собственное решение и делая свой собственный выбор" (1523-11).

             Дальнейшее чтение говорило о том, что ей следует еще много работать над отношениями с Аланом, и содержало в себе намек на то, что, если она не позаботится об этом в нынешней жизни, ей придется осуществить это в следующей.

             Через год предсказание сбылось. Без всякого предупреждения, откуда ни возьмись, появился Роберт и предложил Анне жить снова вместе, словно не существовало всех этих лет разлуки. Желание быть вместе с возлюбленным, которое испытывала Анна, было почти непреодолимым, но все же здравый смысл и логика подсказывали ей, что этому не суждено состояться. Он заявил, что изменился, Анна же знала, что это неправда. И все же она была несчастлива с Аланом и оттого желала Роберта еще сильнее. В отчаянии она предприняла еще одно чтение, чтобы узнать, предсказывалась ли именно эта ситуация. На что подучила утвердительный ответ и намек на то, что искушение со временем станет еще сильнее. Так оно и случилось. Вероятно, цикл французской реинкарнации настиг ее в этот период жизни.

             Казалось, ей никогда не приходилось столь тяжело, и все же она нашла в себе силы отклонить Робертово предложение стать его любовницей. Им предоставлялось множество возможностей встречаться, но все их свидания ограничивались простыми разговорами. Анна разрывалась между тягой к Роберту и желанием уладить свои отношения с Аланом. Время шло, и она решила слушаться своей головы, хотя это доставляло сердцу огромную боль. Наконец Роберт поступил на военную службу и исчез из поля зрения, хотя всю Вторую мировую войну они часто обменивались письмами. Наконец она преодолела свое желание быть с ним, хотя продолжала любить Роберта всю свою жизнь.

             Год пролетал за годом, а у Анны так и не появился ребенок, которого она так хотела. Она старалась сохранить супружеские отношения с Аланом, но все усилия оказались обречены. И все же Анна была рада, что ей удалось жить вместе со вторым мужем столь долгое время. Каждый из них многому научился за их совместную жизнь. Она еще раз вышла замуж, но детей так и не родила. Был еще один удар для Анны — узнать, что Алан и Роберт стали отцами, женившись на других женщинах.

             К счастью, ребенок все-таки вошел в семью Анны. Это был Билли, сын ее брата Карла. Она проводила с ним много времени — играя и бродя по берегу.

            У Анны было несколько "происшествий", убедивших ее, что они с Билли знали друг друга и раньше. Часто она притворялась, словно Билли ее сын, позволяя незнакомцам находить сходство в их лицах. Привязанность была взаимной, и часто Билли грозился своим родителям, что уйдет жить к "тете Анне", так как "любит ее больше всех". Позднейшее чтение подтвердило то, что Билли был сыном Анны во время жизни в Лаодисее, а его отцом тогда был тот же человек, который затем стал Джоном Бейнбриджем (вторым спутником Анны, через 1900 лет).

             Их отношения с Билли навсегда остались теплыми. Мать мальчика была католичкой, и Билли, став католиком, начал посещать приходскую школу. Матери Анны пришлось пережить это. К сожалению, Билли и его отец плохо ладили друг с другом. Очевидно, отец и мать Билли также были супружеской парой в Диарборне, где присутствовал и сам Билли. Казалось, большая часть Анниной семьи проигрывала диарборнский цикл.

             Диарборнский священник, Билли, пришел в ужас, узнав, что его сестра (мать в этой жизни) была уведена из дому "недостойным" и "неподходящим" человеком (нынешним отцом Билли). Безусловно, это была ревность. Однако любовь священника к своей сестре была очень глубока из-за того, что они были любовниками во Франции, а также сыном и матерью в Египте. Через эту ревность трудно было переступить как отцу, так и сыну. Карл утверждал, что их брак был идеальным до появления сына — Билли. Наконец Карла перевели по работе в Чикаго! Очевидно, проблемы лучше всего могли разрешиться в том же месте, где они и зародились.

             Пройдут годы, и Билли подтвердит правдивость сценариев, почерпнутых Эдгаром Кейсом из Хроник Акаши. При чтении было сообщено, что во время жизни в Диарборне Билли как священник помогал поселенцам. Когда в седьмом классе чикагской школы Билли проходил по программе историю продвижения на Запад американских первопроходцев, то поразил учительницу-монахиню знанием предмета. На одном из уроков речь шла об одном священнике, который помог вождю индейцев, предотвратив бойню. Внезапно Билли выкрикнул имя этого вождя. Его ответ изумил монахиню, так как имя индейского вождя, хотя и было известно ей, не упоминалось в школьном учебнике. На вопрос, откуда он это узнал, Билли ответил, что сам был священником и жил в этой части страны. И хотя ответ мальчика был верным, его объяснение осталось совершенно непонятным монахине.

             До конца своих дней Анна пыталась поделиться с остальными всей информацией, которую ей удалось получить благодаря чтениям Эдгара Кейса. Получив сведения из первых рук, она стала горячим пропагандистом целительных чтений. Ей представилась возможность заботиться об ухудшающемся здоровье родителей. Возможно, диарборнский цикл, где она "ухаживала за страждущими", вновь стал проигрываться в жизни Анны. Возможно, она хотела преодолеть привычку заботиться лишь о своих нуждах, выработавшуюся все в том же Диарборне. А возможно и по обеим этим причинам, Анна стала трогательно ухаживать за престарелыми родителями до самой их смерти. Позже она так же заботливо отнеслась к своему третьему мужу и старшей сестре, Вере, когда те состарились и стали болеть. Она могла неотрывно находиться возле беспомощного человека по двадцать часов в сутки!

             У нее никогда не возникало никаких сомнений по поводу ценности материала, полученного при чтениях. Всю свою жизнь она испытывала ощутимую помощь от информации, которая сказывалась не только в улучшении ее физического состояния, но и в том, что ей удалось исправить взаимоотношения с близкими людьми. Ее отношение к себе, к Роберту и даже к Алану приняло совершенно иную окраску благодаря чтениям, полученным от Эдгара Кейса. И все же самые трудные взаимоотношения существовали между Анной и Верой. Они вызвали первые трудности в жизни Анны и были разрешены последними — процесс занял около семидесяти лет.

             В 1946 году психолог Джина Серминара стала собирать информацию по реинкарнациям из файлов Эдгара Кейса. Это исследование завершилось написанием бестселлера "Many Mansions" ("Многие обители"). Доктор Серминара живо заинтересовалась взаимоотношениями между Анной и Верой. Вот выдержка из письма, которое прислала Анна седьмого августа 1946 года в ответ на запрос исследовательницы:   Дорогая Джина, думаю, что выполню вашу просьбу наилучшим образом,  если представлю себе, как разговариваю с вами. Моя орфография сильно  хромает, и я давно уже не писала, но ничего — берусь за перо!

              Дисгармония между нами [Верой и мной] возникла с самого раннего  возраста. Первый инцидент, о котором я помню, произошел тогда, когда мне  было восемь лет, а Вере четырнадцать. Две кузины (девочки примерно наше го возраста) гостили у нас несколько дней. Думаю, что дети нередко ссо рятся, но этот случай запомнился мне навсегда. Всякое внимание ко мне с  их стороны настолько досаждало Вере, что она стала дразнить девочек ка кими-то придуманными вещами: она притворялась, что собирается уйти ку да-то, или говорила, что у нее есть игрушки, которыми она разрешит иг рать только в том случае, если кузины перестанут общаться со мной. Тогда  я не была ей ровней и Вера легко добивалась чего хотела. Не помню, чтобы  я испытывала в то время антагонизм по отношению к Вере, но всегда чувст вовала себя обиженной и побежденной — играла одна-одинешенька и мне было  очень жалко саму себя. Зависть казалась мне в то время каким-то непонят ным чувством… Мама же заняла такую позицию, что старалась не вмешива ться в наши ссоры, надеясь, что мы сами утрясем все недоразумения.

              После моего развода [с Робертом] и перед тем как я вышла замуж [за  Алана], мы с Верой проведи три зимы под одной крышей. С этих пор в наших  взаимоотношениях появилась новая характерная черта. Она чувствовала себя  вправе пользоваться любой моей вещью, словно та принадлежала ей. Вначале  она делала это без моего ведома, но затем Веру перестало интересовать,  известно ли мне что-нибудь об этом или нет…

              Вообразив, что я отняла у нее Алана (хотя, согласно чтению, это  было не совсем так). Вера решила, что вправе забирать у меня все, что ей  приглянется. Совесть ее никогда не беспокоила… Я твердо верю, что вы полнила свои обязательства [по отношению к Алану] в этой жизни. Но этого  я не могу сказать по отношению к Вере. Вот почему мое сообщение является  полным лишь до сегодняшнего дня, возможно, не полным, но удовлетвори тельным… я надеюсь…

                 Случай 1523-11, Файл отчетов

 

Позже Вера вышла замуж, но ей не повезло в браке. Ей пришлось возвратиться в родительский дом. Однако когда здоровье родителей стало ухудшаться, именно Анна взяла на себя всю работу по уходу за ними. Несмотря на все переживания, Анна решила воспользоваться ситуацией, чтобы попытаться наладить свои отношения с Верой. Благодаря большим усилиям с обеих сторон, их взаимоотношения стали "сносными". Чувство взаимного недоверия и вражды стало покидать сестер. И все же уровень их взаимоотношений говорит о том, что работа еще не завершена.

             Жизнь распорядилась таким образом, что после многочисленных событий и смертей, Анна и Вера стали неразлучны друг с другом. Восьмидесятилетняя Вера оказалась прикованной к постели, и никому не было до нее дела, кроме Анны. Эта ситуация продолжалась около двух лет, и сестры имели множество возможностей для длительного общения. К концу жизни Веры казалось, что вся враждебность ушла из отношений сестер. Когда Вера умирала, то с большим чувством прошептала слова, адресованные Анне: "Надеюсь, что мы снова сможем стать сестрами". Наконец произошло примирение.

             Через много лет после смерти Эдгара Кейса Анна провела еще одно чтение, относящееся к прошлой жизни ее брата, Уоррена. Именно Уоррен некогда был тем бродягой, с которым убежала Анна в девятнадцатом веке, чтобы стать танцовщицей в диарборнской таверне. Из всех членов семьи он проявлял наименьший интерес к феномену Эдгара Кейса и ничего не знал о перевоплощениях. Вот что было в отчете Анны:   Я решила потанцевать пару часов на вечеринке в Американском Легио не вместе с Уорреном, его женой и несколькими друзьями. [Уоррен], безус ловно, вновь проигрывал диарборнский цикл, прохаживаясь по залу, похло пывая по спинам приятелей, опрокидывая стакан за стаканом. Затем он по дошел к моему столику и попросил, чтобы я исполнила его любимый номер…

             он хотел, чтобы я пела под музыку, а сам собирался стоять рядом и дер жать меня за руку. Он заявил, что всегда любил меня больше всех на свете  и не представляет, почему не женился на мне (все это говорилось, конеч но, в шутку). Он также сказал, что станцует со мной с большим удовольст вием, чем с кем-либо иным. Все это представляется особо любопытным ввиду  того, что он понятия не имел о нашей связи в Диарборне — да и, собствен но говоря, отвергал всякую мысль о прошлых жизнях…

                 Случай 1523-11, Файл отчетов

 

Безусловно, настоящее Анны попадало в волшебную перспективу, если на него смотрели из прошлого. Она сама говорила, что стала способна более ясно понимать саму себя и каждого члена семьи благодаря информации по прошлым жизням, полученной из Хроник Акаши. С философской точки зрения это было поворотным пунктом в жизни Анны, а с точки зрения реальной жизни информация дала ей практическое понимание собственного Я и окружающих — то понимание, которое помогло ей в ряде ситуаций во время "встреч с собой".

             Несмотря на все жизненные трудности, Анне удалось сохранить прекрасное здоровье, хорошее финансовое положение и оптимизм до конца своих дней.

            Как и в Диарборне, она стала "советчицей". Из-за ее осведомленности в чтениях Эдгара Кейса многие люди обращались к ней за помощью, советом или просто приходили поговорить. Люди, принадлежащие к разным слоям общества, находили ее мысли исключительно полезными, даже не догадываясь о том, как знание собственной истории сформировало эту личность. Люди часто обращались к ней как к источнику вдохновения. Она была сострадательной и все понимающей женщиной. Она снова переживала цикл, в котором была "ангелом", обладающим врожденной способностью помогать другим.

 

Кевин Тодесчи "Эдгар Кейс и Хроники Акаши"

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *